«Ничем я пока не горжусь»: как украинский дизайнер работает с Röyksopp и Adobe

АвторТетяна Капустинська
27 Лютого 2018
Теги:
Люди дизайн креатівіті

Украинец Алексей Романовский долгие годы занимается моушн-дизайном. Его анимационная графика появлялась на заставках продуктов Adobe, в рекламе Tumblr и на концертах Röyksopp. Platfor.ma поговорила с одним из самых заметных мировых моушн-дизайнеров о том, как он несколько лет сидел без работы, почему с Майли Сайрус не сложилось и что делать молодым талантам, чтобы привлечь больших заказчиков.

– Расскажите немного о себе – где живете, как работаете, как пришли к дизайну?

– Сейчас я работаю просто по фрилансу, живу в Киеве. В дизайн пришел случайно. Вообще-то я геолог, окончил соответствующий вуз. С детства хорошо разбирался в компьютерах, первый у меня появился еще лет в 6-7, это был 90-й год. В юности много возился со всякими программами 3D-моделирования.

Однажды выпала возможность и я стал виджеить во всяких киевских клубах вроде Cinema, Most и других. Много концертов сделал, буквально сотни – и вроде бы все устраивало.

Со временем понял, что некоторые штуки я могу делать сам, например, ЗD нарисовать. Я начал заниматься этим абсолютно в свое удовольствие, вообще нигде ничего не учил – сам копался и пробовал. Просто приблизительно понимал, что эту задачу можно выполнить, гуглил и получал решение – ну, или в Help смотрел.

Потом начал работать более профессионально, перешел в компанию, которая занималась дизайном. Там я сильно вырос – правда, и работал без выходных месяцами, но мне все нравилось. Мой день выглядел так: работа до двенадцати ночи, до часу, потом дом и сон, а после подъем и снова работа с утра. И так все время. Зато я выучил абсолютно все, что можно было знать, научился всему, что можно, у ребят, которые там работали. И понял, что нужно двигаться дальше.

Я ушел в никуда, остался ни с чем, очень долго искал работу. Ничего не получалось, ведь я не хотел идти работать на какую-то сумму поменьше, оставаться в проигрыше, я хотел вырасти. В целом это, конечно, было глупо, потому что в итоге я просидел пару лет без работы. Просто чем-то занимался сам по себе.

Однажды я решил выложить на Behance пару своих работ, посмотреть, что там люди скажут. Перед этим у меня уже был профиль на Tumblr, которому я очень понравился – они меня три раза крутили по всему миру в рекламе Tumblr Radar. В общем, вот так я сидел, выкладывал что-то на Behance, особо не заморачиваясь. В какой-то момент мне начали писать люди, ставили больше лайков, работы стали заметнее – и однажды ко мне обратились из Adobe, чтобы предложить поучаствовать в проекте, в котором 48 дизайнеров по всему миру делали мозаику. Так я начал дружить с их арт-директором.

Еще через некоторое время они хотели сделать какой-то ролик и взяли что-то из моих работ. То есть, мне не нужно было даже ничего делать. За короткий срок мне удалось поработать со всей их командой, узнать их. Было забавно, они очень классные ребята с чувством юмора.

– Иногда кажется, что сотрудники таких крупных компаний позиционируют себя выше, чем их коллеги из более мелких.

– Вообще, бывает по-разному. Я проработал с огромным количеством компаний по всему миру. Например, было крупное рекламное агентство DDB New York. Они предложили мне сделать рекламную кампанию Reebok. К сожалению, я был очень некомпетентен, совершенно не знал, как с ними работать, совершил много ошибок. Мы посотрудничали, я все сделал, но никуда это дальше не пошло.

После этого была долгая пауза. Примерно три года назад мне написали одновременно два классных чувака. Одним из них был Эрик Арль, менеджер лейбла Deutsch Englische Freundschaft, – конторы, которая занимается отличными музыкантами, например, Moby, Fever Ray, М83 и Röyksopp. Вот с последними мне и предложили поработать. Röyksopp – очень особенные люди. Они как-то догадались, что я могу еще и виджеить, хотя я нигде это не афишировал. Röyksopp попросили меня сделать им контент и плюс поехать с ними повиджеить.

Практически одновременно мне написал еще один крутой чувак. Есть студия Production Club, которая работает над всякими перформансами, я с ними тогда уже сотрудничал. Они занимаются такими ребятами, как Skrillex и другими мировыми артистами. Делают им что угодно – вплоть до каких-то сумасшедших космических кораблей. У них условия шикарные – я когда называл цену, они сказали, что, мол, да ладно, давай в три раза больше сделаем.

И когда они написали мне одновременно с Röyksopp, то это, конечно, был непростой выбор. Но я все-таки предпочел Röyksopp.

– А вот вы говорили, что Röyksopp – особенные люди. Чем?

– Во-первых, они меня удивили своим стилем жизни. Им за сорок, ездят в туры по миру, кажется, с 98-го года. Но при этом они выглядят потрясающе и в общении удивительно простые, будто я разговариваю с давними друзьями. Даже странно. И они очень умные – я специально наблюдал за подходом к организации и за всем, что они делают. Три звукорежиссера знают, как сделать так, чтобы звучало идеально. Очень сплоченная команда, которая обсуждает все мелочи и в итоге выдает прекрасное шоу. Правда, у них дефицит тур-менеджеров, потому что очень специфическая и сложная работа. Приезжать каждый раз в страну, где никто не говорит на твоем языке, где-то что-то искать, решать какие-то вопросы – это сложно.

Зато Rolling Stone потом написали текст «15 лучших вещей, которые мы видели на Коачелле», в котором был и наш двухнедельный тур с Röyksopp по западному побережью.

– Как это – принимать, условно, обычные коммерческие заказы, после того, как работал с гигантами типа Röyksopp и Adobe?

– Мне все равно пишут прикольные ребята. Не в деньгах смысл вообще.

– Но такая работа эмоционально отличается?

– Это просто разное. В случае с Röyksopp мне нравилось, что у меня была сумасшедшая задача, но и такая же ответственность. Были моменты, когда я думал, что не выдержу напряжения. Но в результате на всех концертах я справился.

– С кем сотрудничество так и не сложилось, хотя вроде бы все уже было готово?

– Было очень забавно, когда в самом начале моего пути мне начал писать продюсер Майли Сайрус. И он постоянно попадал на то время, когда я был загружен или просто не в состоянии общаться. И вот с ним совсем не сошлось. Я ему даже сделал какое-то превью, а потом он обратился ко мне, когда я уже начал работать на Röyksopp, был далеко и в плотном графике. Я жалею, потому что мог бы неплохо заработать. Хотя, в принципе, платят везде одинаково. Нет такого, что если это Майли Сайрус, то дадут намного больше денег.

– Какими своими работами вы гордитесь больше всего?

– Да ничем не горжусь, я ничего пока что не сделал особо интересного. Может когда-нибудь и сделаю, очень на это надеюсь.

– Ну, ладно, а как это вообще – видеть свою работу на заставке такого важного для дизайнеров бренда, как Adobe?

– Если честно, я его даже не устанавливал, ни разу не видел. Как было дело. На обложку я попал не сразу. Прежде Adobe сделали меня частью мозаики Adobe Creative Cloud, несколько лет следили за мной и в конце лета 2016-го предложили сделать для них сплеш-скрин на основе моей работы для концертов Kazaky. Все бы хорошо, но тот мой проект был утерян. Так что мне нужно было с нуля воссоздать то, что я делал много лет назад, вспомнить, какую технику я применял, работая со светом и материалами, сутками выкручивая самые мелкие детали. А потом пришло следующее письмо, в котором команда Adobe просила меня создать эту картинку именно в их программе. В итоге спортивный интерес к неизвестной мне технике и вопрос заставки был решен за три дня.

– А в какой программе вы обычно работаете?

– В Cinema. Когда я только начинал работать, ко мне обратился их человек и предложил, чтобы мой проект был на их программе. Я подписал с ними договор, то есть там, получается, тоже отметился.

– А сколько они заплатили за эту работу?

– Они сначала одну сумму сказали, а потом увидели, что я всерьёз этим занялся, прислал всякие превью – и умножили ее вдвое.

– Но порядок цифр у крупных заказчиков отличается?

– Я никогда ни с кого не спрашивал много. Было такое, что для привлечения говорили о $50 тыс., потому что никто не брался за работу. В результате, когда взялся я, они заплатили $5 тыс., потому что я сказал им честно, сколько мне нужно. Я не стал как-то цепляться к цифрам, какой в этом смысл.

– Есть программы или ресурсы, которые вы можете посоветовать дизайнерам?

– Да любую, просто бери и работай. Но за них придется много денег отдать, поэтому многие выбирают бесплатные. В принципе, все они хороши, у каждой программы есть какие-то преимущества. В любом случае все видят клевые функции конкурентов и переносят их к себе. Если чей-то продукт будет намного хуже, то про него просто забудут.

– Что самое сложное в работе над моушн-видео?

– Это долгий процесс. Нужно, чтобы какое-то время проект пожил в голове. Ты находишься в разных состояниях. С кем-то общаешься, заимствуешь его энергетику и смотришь уже его глазами. И вот чем больше таких моментов, тем крепче становится твоя убежденность в том, что проект уже можно делать. Хотя бы начать.

Есть люди, которые делают в день по работе. Я не понимаю, как это, ведь за день ничего серьезного не сделаешь. Нужно посидеть неделю над проектом, подумать, сделать его красиво, довести до ума. Это мое мнение, хотя некоторые люди работают иначе, нормально разгоняются за день и даже успевают сделать клевые штуки.

Я всегда работаю так, чтобы у меня было время подумать, не стартовать. А обычно все сразу начинают требовать с меня превью. Все тут же хотят посмотреть, что ты уже сделал под тем предлогом, что они сами дизайнеры и знают в этом толк. Но как он может понимать, если не дорисует у себя в голове то, что уже дорисовал там я? В результате начинаются какие-то сумасшедшие правки. Приходится отбиваться от них и надеяться на то, что в итоге им понравится, потому что за один день я не сделаю что-то суперское – оно все равно будет выглядеть кустарно и недоделано. Вот с Röyksopp было здорово, потому что я им отправляю, а они: «Вау, класс, хорошо, давай дальше», то есть вообще никаких проблем.

– А есть какие-то приятные моменты в процессе?

– Конечно. Особенно когда сделал что-то, ушел, абстрагировался от этого проекта, а потом вдруг смотришь на экран – и видишь, что там ювелирная работа, которую ты оттачивал кучу времени. Сам в восторге. Эта энергетика потом передастся заказчику.

– Есть моушн-дизайнеры, которые вас вдохновляют?

– Были, когда я очень жестко врывался во все это. В те времена, когда я учился, было очень много классных ребят, я за всеми следил, пытался с ними общаться. А сейчас они все исчезли, висят только их аккаунты со старыми работами. Как, впрочем, и у меня, потому что если я выложу новую, то ко мне сразу начнут стучать подписчики с работой, а мне оно сейчас не нужно. Работа всегда есть, я наоборот пытаюсь от нее отбиться.

– Как дизайнеру выйти на действительно крутых заказчиков, если они сами на него не выходят?

– Есть разные пути. Некоторые пытаются, например, делать проекты, показывая свое мастерство, и тэгать какой-то Nike. Потому что сотрудники компании лазят в сети и так далее, они рано или поздно наткнутся на эту работу. Если действительно хорошо сделаешь, то, конечно, они выйдут на тебя. Я такого не делаю, но вижу, как многие подобным занимаются.

Я бы советовал просто работать и практиковаться для себя, делать то, что нравится. И все время пересматривать, изучать работу разными глазами и снова искать способы сделать ее лучше. И только потом уже выкладывать. Будут, конечно же, обращаться. Если людям нравится – они поставят вам лайк во всех смыслах.

– Что вы можете посоветовать начинающим и не только дизайнерам?

–  Работая виджеем в андеграундных клубах Киева, я с головой ушел в создание собственного оригинального контента. Я знал, где и как завернуть кривую времени того или иного эффекта, чтобы выжать максимально интересное визуальное сопровождение. Потом я провел несколько лет, закрывшись от внешнего мира, оттачивая навыки, это было прекрасное время, я мог работать без выходных, казалось, бесконечно.

Это моя профессия, я ее оседлал, научился всему сам, работе с людьми, с бумагами и конторами, самое главное – с собой. Если ты в ладах с собой – ты со всеми в ладах.

Поэтому советую никого не слушать, поменьше думать и получать удовольствие от своих действий здесь и сейчас. Если этого нет, то это не твое – ищи свое.

Прежде всего, пробуй находить решения самостоятельно. Моушн-дизайн – не игра на скрипке. Не обязательно следить за тем, чтобы ты правильно ставил пальцы на клавиатуру. Без разницы, с какой силой ты будешь на эти клавиши нажимать. В нашем случае любая техника – всего лишь последовательность нажатия клавиш и твое уникальное чувство совершенства.

Адекватный фидбек, полученный от нескольких независимых источников (не знакомых с тобой лично), перекроет любую лесть и порицание со стороны друзей и знакомых, которые лепят лайки или игнорируют тебя только потому, что ты им не оказал должного внимания в какой-то момент – или наоборот.

Найцiкавiше на сайтi

Dutch Design Week: как дизайн радует, спасает и сходит с ума

АвторНадія Шейкіна
27 Грудня 2017

Недавно в голландском Эйндховене прошла Dutch Design Week. На одном из главных дизайнерских событий года впервые был и украинский стенд – а также журналистка Надежда Шейкина. Для Platfor.ma она написала о том, как дизайн может быть сумасшедшим, удобным и даже одновременно бессмысленным и полезным – и почему это важно.

Лишь 17% пространства наших домов активно используется для жизни. Зачем тогда нужно все остальное? Почему бы не сделать квартиры пластичными и многофункциональными? А что если поставить кровать в библиотеке и разделить гостиную с соседями? Или так: кладем порцию еды в полый «кирпич» из двух половинок, складываем мангал и разводим огонь. Сколько «кирпичей» использовали – столько и порций еды готовим. Дизайн – это не только когда красиво, это еще и о том, как нам жить счастливо, когда ресурсов будет меньше, а людей больше.

В общем, если вы все еще думаете, что дизайн – это о диванах и красивых канделябрах, отправляйтесь на Dutch Design Week в конце октября. Неделя дизайна в Эйндховене не оставляет камня на камне от этих стереотипов. Дизайн, представленный на ней, философски осмысливает потребности человека, спасает мир от пластикового хаоса и учит детей быть изобретателями. А еще в этом году в Эйндховене впервые был представлен отдельный украинский проект.

Для голландского дизайна важен не сам факт переработки и повторного использования, а поиски форм и фактур, которые можно получить в итоге. Скажем, возьмем вторичный пластик в пупырышки, с разноцветными вкраплениями или текстильными волокнами внутри. Делаем прорезиненные носки – и это новая обувь!

Из безликих сервизов получаются изысканные люстры, а если обить синим дерматином европалету, то будет красивая уличная мебель. При этом важно то, что использование вторсырья не делает предмет дешевым или неполноценным.

В 90-е годы прошлого века в Эйндховене случился кризис – компания Philips, которая была крупнейшим предприятием города, перенесла производство в Азию. К счастью, вовремя подсуетились урбанисты, которые при поддержке местных властей перепрофилировали город и, по сути, спасли его судьбу. Сегодня на опустевших заводах и мастерских работают архитектурные бюро и дизайн-студии – им предоставили льготные условия аренды. А Эйндховенская академия дизайна, основанная в 1947 году, тем временем приобрела статус культового учебного заведения и стала инкубатором креативных мозгов.

Один из важных проектов Dutch Design Week – Graduation Show от выпускников этой самой академии. Студенческие проекты не стремятся соригинальничать во что бы то ни стало. Вместо этого они действительно погружаются в тему, продумывают мысль до конца и показывают, что из этого вышло. Интересный и слегка чуждый для нас принцип: неприменимый к жизни результат – тоже результат! Все дело в том, что из таких исследований складывается базис для будущих социальных трендов, на них тренируется эмпатия и пластичность мышления. Так что в любом случае все не зря.

Як справи: сьогодні і завтра креативних індустрій в Україні

В межах проекту Culture Matters Platfor.ma підбиває підсумки, як у нас змінилось бачення культури і що стоїть на заваді розвитку українських креативних індустрій.

Цього року в Україні добігає кінця трирічна Програма ЄС та Східного партнерства «Культура і креативність» – велика міжнародна ініціатива, яка серед іншого ставила за мету змінити звичне на пострадянському просторі розуміння культури: наприклад, показати, який влив вона має на економіку, та чому це не лише дозвілля, але й рівень толерантності в суспільстві.

Урочисті виходи в театр двічі на рік, нудні й безбожно довгі екскурсії в музеях або щось народне, де обов’язково фігурує бандура, – приблизно з таким поняттям культури українське суспільство жило до Євромайдану. Одразу після завершення революції митці, громадські активісти та культурні менеджери зібралися, щоб зрозуміти, якою має бути культура в країні, яка щойно виборола демократію.

Цей рух часом набував радикальних форм (згадати хоча б численні заклики ліквідувати Міністерство культури, які подекуди з’являються й досі) – надто коли урядова політика стала відверто популістською, а до слова «патріотизм» перестали ставитись серйозно. Однак відтоді культура поволі перестала асоціюватися лише з «надбудовою» та розвагами. Стало ясно, що це також і вагома частина економіки, і водночас те, як ми вибудовуємо суспільні зв’язки.

Останні три роки показали, що культура розвивається в новому напрямку – як в Україні, так і в усьому світі, вважає керівник програми «Культура і креативність» Тім Вільямс. Це пов’язано з розвитком технологій, економічним переходом від масштабних виробництв до малого бізнесу та затребуваністю креативних професіоналів в інформаційному суспільстві.

Тім Вільямс

«Україна пережила геополітичні події, які дозволили винайти її заново: як для самих українців, так і для світу. Наприклад, з’явився Український інститут, який промотуватиме країну за кордоном. Інструменти для цього лише з’являються, але я сподіваюся, що він транслюватиме спільні для всієї нації ідеї, які зможуть змінити ситуацію в Україні».

Адвокація культури, зокрема, серед політиків, стала одним із напрямків «Культури і креативності». Так, Кабінет міністрів України використав структуру функціонального аналізу, зробленого експертами програми, як шаблон для оцінки роботи дев’яти інших міністерств. Аналітичний огляд, підготовлений асоціатами програми, вплинув на рішення Міністерства закордонних справ створити Український інститут. Деякі українські партії включили розвиток креативних індустрії до своїх програм, а позаминулого року Міністерство культури створило департамент для їх розвитку.

Домашнє завдання: 7 навчальних онлайн-платформ для креативних людей

Де спеціалістам креативного сектору знайти прикладні курси, на які ресурси звернути увагу представникам творчих спеціальностей та яку альтернативну освіту пропонує мережа? Platfor.ma відшукала для творчих особистостей рекомендації з дистанційного навчання онлайн.

Більше 15 мільйонів користувачів та сотні курсів – Coursera впевнено тримає лідерство в сфері масових відкритих онлайн-курсів (Massive open online courses, MOOC). Для проходження більшості занять знадобиться знання англійської, але деякі курси супроводжуються українськими субтитрами. Середня тривалість курсу – від місяця до півтора, а протягом кожного тижня потрібно буде переглядати близько двох годин відео. Доступ до матеріалів безкоштовний, але вам можуть запропонувати придбати сертифікат про закінчення навчання або навчальні матеріали. Звісно, це не обов’язково. Радимо підписуватися не на окремі заняття, а на так звані спеціалізації – повноцінні семестри з кількох курсів, що включають відеолекції, текстові конспекти та домашні завдання.

Щоб знайти курси з творчих дисциплін, обирайте в списку розділ «Гуманітарні науки та мистецтво». Одна з найпопулярніших програм за всі 6 років існування платформи – «Креативність, інновації та зміни». Вона підійде усім представникам креативного сектору, які хочуть підвищити свій потенціал. Художникам та дизайнерам рекомендуємо «Графічний дизайн», музикантам – «Як писати та продюсувати власну музику», письменникам, журналістам та копірайтерам – від 4 до 6 місяців занять з літературної творчості або журналістики. Для фотографів-початківців розроблено масштабний базовий курс.

Плащ из травы, пластинка из крови: как дизайн ищет новые пути и находит их

Пока консерваторы копают картошку у бабушки на огороде, новаторы из мира дизайна озаботились тем, как синтезировать из этой картошки что-то полезное в хозяйстве, например, ложку. Ресурсы планеты исчерпываются, а человечество не только потребляет все больше, но и отправляет в отходы невероятное количество сырья. Выпускница Эйндховенской академии дизайна Даша Цапенко прочла лекцию о биоматериалах в дизайне, а Platfor.ma записала самое интересное.

В Эйндховенской академии лабораторию биоматериалов открыли несколько лет назад, а в США дизайнеры уже многого достигли в этом направлении. Очевидно, руководство академии решило не отставать от тренда – и в первый год магистратуры нам предложили создать что-то свое, используя потенциал биотехнологий.

Я, например, вырастила плащ из семян чиа. Прорастила их в ткани, пока «ворс» не достиг нескольких сантиметров. В Голландии постоянно идут дожди, и никто не любит эту погоду. А суть моей идеи была именно в том, чтобы человек искал дождь ради полива плаща. Я сама ходила так под ливнем, а потом выкладывала плащ на специальный поддон. В итоге он «прожил» около двух недель.

А наш преподаватель Эрик Кларенбик создал стул из мицелия – это корневая система грибов. Для этого он использовал специальный 3D-принтер, поместил субстрат с мицелием в него и напечатал части стула, которые потом собрал в единую конструкцию.

Плащ из ростков чиа - проект Даши Цапенко / dashatsapenko.com
Myceliumchair - проект Эрика Кларенбика / ericklarenbeek.com

Кстати, в качестве биоматериала чаще используют именно мицелий, а не сами грибы. Американская компания Ecovative увидела в этом материале строительный потенциал и начала выращивать утеплитель для домов. Он легкий, плотный, пористый, полностью биоразлагаемый. Для субстрата они применяют местные материалы: солому, например. Измельчают ее и смешивают с грибными спорами. Когда добавляют влагу, материал растет. Чтобы остановить рост и получить готовый продукт, который не будет расти даже при попадании воды, его запекают при определенной температуре.

Несколько лет назад Ecovative создали биоразлагаемые кирпичи.  В качестве субстрата использовали сельскохозяйственные отходы. Потом из кирпичей выстроили временную башню для проекта, разработанного архитектором Дэвидом Бенджамином в рамках программы молодых архитекторов MoMA.

Кроме того, в США уже довольно давно продают наборы по принципу «Сделай сам», только теперь это «Вырасти сам». В них вегетативная корневая структура грибов, субстрат и разъемная форма. Делаешь все по инструкции: растишь, запекаешь в обычной духовке – и готова твоя лампа, горшок для цветов или какая-то другая несложная вещь для дома.