Вчора, 2 березня 2016

Что еще за урбанистика: как одно модное слово может обеспечить комфорт для всех

В нашей постсоветской Восточной Европе до сих пор так и не сформировалось единое мнение о том, что такое урбанистика, однако та же тематика в развитых странах обычно называется urban planning. Дословное «городское планирование» для нас на слух ни о чем – а советское понятие «градостроительство» на самом деле не то же самое. Урбанистика – это не только и не столько домики, метро, улицы и парки, сколько истории о человеческих взаимоотношениях. Об этом специально для Platfor.ma написал сокоординатор Совета по урбанистике Киева Григорий Мельничук.

 

Фотографія: shutterstock.com

Во время заседания конкурсной комиссии по назначению главного архитектора Киева иностранные эксперты подметили, что в Украине специальности urban planning вообще не учат в вузах – на что отечественные градостроители немножко обиделись. Действительно – они же проектировали целые жилые районы, магистрали, да что там – генеральные планы городов разрабатывали. Вот только жилые массивы в большинстве своем депрессивны, вместо прямоугольных аллей люди протаптывают свои тропинки, а на улицах как прыщи вырастают МАФы и какие-то достройки.

 

Чем дальше, тем хуже работает практика «мы спроектировали вот так – а теперь приспосабливайтесь». Рисуя прямые линии аллей и вереницы типовых зданий, архитекторы как-то забыли о людях – а ведь для них это все на самом деле и делается! Попробуем отодвинуть в сторону архитектурные стили и поговорить о том, что же нужно людям, чтобы чувствовать себя в городе комфортно и спокойно, умиротворенно – при этом развиваться, как ныне принято в Европе, устойчиво и разумно.

 

Для структурирования введем понятия пассивных и активных практик, влияющих на ощущения людей. Пассивные практики – те, в которых человек принимает участие, скажем так, само собой, не выявляя активной позиции, а по сути – вынужденно. Пребывание в городском пространстве, поездки, ежедневные рабочие и домашние дела – в общем, городской быт. Активные практики – это уже когда человек по собственному решению принимает в них участие и сам меняет городскую среду. По сути, то что у нас принято называть общественной активностью.

 

Безопасность и расслабленность

Безопасность – это главное ощущение, которое человек требует от урбанизованной среды уже много веков. В городах нет диких зверей, здесь поддерживается общественный порядок, всегда можно найти убежище от стихии и помощь, если что-то случится. Это базовые ценности, о которых нужно помнить всегда. Именно угроза безопасности в свое время породила отряды самообороны как активную общественную форму городской самоорганизации.

 

А вот пассивные решения по обеспечению безопасности в конечном итоге создают чувство приятной расслабленности. Освещенные улицы, видеонаблюдение, тревожные кнопки, отсутствие темных кустов и подворотен, надежная работа общественного транспорта, в том числе ночные рейсы, – и в городском пространстве можно находиться, условно говоря, «в домашних тапочках». Сюда же кстати – система общественных туалетов, приспособленных для всех социальных групп, а также безопасность дорожного движения, особенно для пешеходов. Во дворах на первом плане – безопасность детей, и теперь догадайтесь, почему в качественных жилых кварталах в успешных городах вы не увидите хаотично припаркованных под подъездами автомобилей.

 

Информирование и простота понимания

В хорошей городской среде человеку не нужно много думать, чтобы реализовать нужную практику. Это и уличная навигация для пешеходов, велосипедистов, автомобилистов, удобные и понятные расписания и правила оплаты проезда для пассажиров общественного транспорта, и понятные правила участия в городской жизни – начиная от оплаты коммунальных услуг и заканчивая вкладом в развитие и управление городом.

 

Очень много нынешних городских конфликтов начинается с простого – «нас не спросили». Да, мы уже давно не живем в пассивном обществе, где всем заправляли партработники или владельцы производств. Нынешние чиновники старой закалки еще как-то пытаются продолжить управлять городом «в темную» – но это все проявляется очень быстро.

 

Надежная система информирования в понятной форме о нововведениях и возможных изменениях способна предупредить множество конфликтов и недоразумений.

 

Не зря на Западе еще на этапе намерений строительства по всем почтовым ящикам соседей в обязательном порядке рассылаются информационные письма, а детализированные правила и расписания работы по всем домохозяйствам рассылают даже автобусные компании. Кстати, такие «справочники горожанина» выпускали и в советском Киеве, а вот в наше время быстрых реформ нет даже сайта, где можно увидеть единую картину изменений.

 

Забота и порядок

Самые приятные для туристов города – отнюдь не обладающие самыми знаменитыми достопримечательностями, а те, где создается ощущение заботы о тебе как о человеке, попавшем в новую среду. Только высадившись в новом городе, люди чувствуют себя как слепые котята, и навигация и легкое удовлетворение мелких бытовых потребностей воспринимается как теплота заботливой мамы-города. Пеленальный столик в общественном мужском туалете выглядит категорически умилительно, здесь важна продуманность до последней мелочи, до каждой возможной ситуации!

 

Но у города-мамы есть и воспитательная функция, подчас и довольно жесткая. Начиная от неудобного дизайна – например, лавок, на которых нельзя лежать, и выступов на парапетах против роллеров, – до активного планирования улиц, когда просто невозможно ехать физически быстрее, чем разрешено, при всем желании. Высшая степень заботы суровой, но справедливой мамы-города – ограничения и неотвратимость наказания. Что-то нарушил, сделал не так – придет тебе или «письмо счастья», или человек в форме с жетоном. Потому-то все эти истории про гоняющих мажоров, хамовитых Свет и пьяных депутатов отдают чем-то детсадовским и схожи с поведением детей-забияк – хотя вроде бы и люди взрослые и серьезные.

 

Включение и вовлечение

Перейдем от пассивных практик к активным – когда горожан не просто «ведут за руку», а включают в процессы развития города. Инклюзия – с этим словом часто связывают понятие включения в обыденную жизнь людей с ограниченными физическими возможностями. На Западе инклюзия в этом смысле имеет и довольно прагматичную цель – чем больше людей могут вести полноценную жизнь и зарабатывать, тем меньше социальных дотаций ложится на бюджет общины.

 

Однако инклюзия, включение – это гораздо более широкое понятие (мы уже писали о том, почему. – Platfor.ma). Например, дискуссия о развитии общественного транспорта. Почему-то принято при этом детально исследовать существующие пассажиропотоки, мнения пассажиров – но не интересоваться мотивациями тех, кто использует для простых городских поездок автомобиль.

 

Причин будет много – и низкий комфорт, и скорость, и ненадежность, и неудобство поездок с детьми. Но если этих людей исключить из дискуссии – число пассажиров будет неумолимо снижаться, если же включить – получим реальное снижение автомобилизации.

 

Исключение вызывает еще больший протест, чем неинформирование. Если там человек воспринимает ситуацию как «почему меня не спросили», то в случае невключения в процессы – как «почему спросили, но не меня». Заметили, что звучит более обидно – а значит готовая почва для серьезного открытого конфликта или глухого противодействия вплоть до вандализма.

 

Очень важно не исключать, а вовлекать максимум заинтересованных сторон в городские процессы. Конечно, здесь нужны свои технологии – и активное информирование, и открытые обсуждения, образовательные программы, места регулярных встреч. Условно – «поглаживания», когда люди сначала с опаской относятся к этим мероприятиям, а чем дальше – все больше включаются. Процесс включения важно сделать мягким, приятным – потому-то и «печеньки» нужны, и помещения удобные.

 

Соучастие и присвоение

Вам легко сломать, испортить то, в создании чего сами же принимали участие? Если кто-то думает, что субботники организовывают для того, чтобы сэкономить на рабочей силе, то глубоко ошибается. Главное здесь – соучастие, ведь если вы вчера убирали сквер, то сегодня вряд ли будете в нем сорить. Зачастую субботники рассматривают как некое волонтерство – но вполне эффективно применять и нефинансовые способы поощрения: все та же еда, различные сувениры, участие в привлекательных мероприятиях.

 

Однако в деле привлечения к соучастию в городских проектах нынче уже дело пошло дальше субботников. Это не только соучастие в поддержании инфраструктуры (классические субботники-уборки), но и в проектировании и создании новой. Лучшие примеры здесь – парки, где жителей эффективно вовлекать как в процесс планирования зон и объектов, так и непосредственно к работе по созданию новых элементов. Если после субботника не осталось нового объекта – он малоэффективен, о нем забудут, и механизм не сработает.

 

Принцип зачастую прост: организаторы обеспечивают материалы и оборудование, а часть или все работы выполняют жители. Возможен и обратный вариант, как, например, при ремонте парадных и дворов. Жители соучаствуют в проектировании – выбор цвета, конструкции элементов – и в финансировании – город или любой другой фонд выдает 90% суммы – при условии сбора жителями 10% (мы писали о том, как подобные схемы уже работают в Украине. – Platfor.ma).

 

Такие механизмы соучастия создают эффект присвоения – когда горожане уже уверенно считают ту или иную территорию или объект «своим». И они не только будут следить за его текущим состоянием – но и улучшать, а при необходимости – защищать. Невозможно поставить в каждом подъезде полицейских, чтобы пресечь вандализм, – но если хотя бы части жителей будет по-настоящему не все равно, то все будет содержаться в идеальном порядке.

 

Устойчивость и взросление

Когда же сознательная и прагматичная общественная активность выходит за рамки подъезда или одного проекта – можно говорить об устойчивости. Об устойчивом развитии – общепринятом понимании, куда движется то или иное сообщество, объект, весь город. И об устойчивых общинах и сообществах – когда на определенной территории есть сформированная группа людей, прямо заинтересованная в ее развитии согласно общепринятым целям, задачам и планам. Эта группа людей, которая берет ответственность – и они, а не чиновники администрации или депутаты, – становятся настоящей властью.

 

Это и есть цели и стандарты Евросоюза – создание устойчивых общин на основе принципов устойчивого развития. Это и есть история о будущем, которое сейчас формируется, история о качестве жизни, о взаимном уважении, о справедливости – и общественном сознании каждого. Помните, есть такая психологическая техника, согласно которой в каждом человеке есть Ребенок, Взрослый и Родитель. Точно так же получается и в городском сообществе. Только пока большинство горожан ведут себя в роли Ребенок – тогда как в здоровом устойчивом обществе преобладают Взрослые.

 

Кто же тогда Родители? Кто воспитывает горожан? Их формирует сам город – через характеристики среды, через дизайн, через правила и традиции. Городская культура может возникнуть сама по себе – но ее вполне можно программировать!

 

Можно ориентировать город, район или любую территорию на молодых семей и на автомобилистов, на пенсионеров и на айтишников, на подростков и на туристов. Можно же бросить все на самотек – и мы получаем хулиганский город с уймой реализовываемых взрослыми людьми подростковых и детских деструктивных практик.

 

Кто же это делает, кто программирует городскую культуру? Кто повелитель поведения огромных масс людей, можно сказать, их судеб? Пусть не звучит высокомерно – но поведением горожан во многом управляют именно урбанисты. Но не те, которые проектируют дома, а те, кто выстраивает в городе человеческие отношения.


comments powered by Disqus