Йог в помощь:
история борьбы и просветлений киевлянина, искавшего исцеления в Индии

АвторАлександр Михедов
21 Червня 2019
здоров'я планета

Киевлянин отправился в Индию, чтобы победить болезнь и понять, почему она выбрала именно его. Ему пришлось голодать, пить коровью рвоту, сбивать ноги в кровь в пути вокруг священной горы, а затем взбираться на нее в надежде отыскать храм и достигнуть просветления. Но ответы на свои вопросы он нашел совсем не там, где искал. Platfor.ma рассказывает его историю.

Мы встречаемся с ним в одном из кафе на Подоле. Он просит называть себя Vivaliy и поясняет: с латинского «vivus» — это «живой», «живущий». Назвать парня обычным не поворачивается язык. Дело не только в необычном имени и яркой внешности. О своем приключении он рассказывает с улыбкой – словно об уикенде в Барселоне, а не поездке в страну тотальной антисанитарии и повсеместной нищеты.

Человек в футляре

В Индию Vivaliy привела болезнь. Всю жизнь он живет с анкилозирующим спондилоартритом или болезнью Бехтерева — генетическим заболеванием, заставляющем межпозвонковые суставы воспаляться и срастаться. В итоге позвоночник оказывается в своеобразном «футляре», который сковывает движения человека и доставляет ему невыносимую боль. В большей степени заболеванию подвержены молодые мужчины 20-30 лет.

О своем диагнозе Vivaliy узнал только в этом году. Скорая забрала его с улицы, в прямом смысле, парализованного болью. Через три недели исследований и анализов выяснилось, что это болезнь Бехтерева. Неизлечимая. Заключение врачей не слишком шокировало парня — в 21 год ему уже ставили предварительный диагноз.

– Тогда принять болезнь было нелегко. Поэтому я ее игнорировал. Когда болело, пил обезболивающие. Так и жил, — рассказывает Vivaliy. — Шесть лет я притворялся здоровым. Это довело меня до критического состояния.

Традиционная медицина помогала слабо. Снимать приступы боли врачам, конечно, удавалось, но о полноценной жизни речь не шла. Просто встать утром с кровати стоило огромных усилий. Семья парня начала искать альтернативный метод лечения – и нашла его в Харидваре, на севере Индии.

Лекарство от здоровья

На сайте Йог Грама, куда приехал Vivaliy, заявлено, что это «лечебный и исследовательский центр». На фото — комплекс одноэтажных зданий, напоминающий скорее бюджетный пансионат, нежели медицинское учреждение.

В реальности Йог Грам оказался чем-то вроде бангкокской тюрьмы, только с улучшенными условиями проживания. Те же заборы под высоким напряжением (из-за диких животных, забредающих на территорию), охранники с винтовками на въезде, досмотр личных вещей на предмет запрещенных еды и сигарет, полная антисанитария и непреодолимое желание бросить «курс лечения» и сбежать.

Фото: Йог Грам
Фото: Йог Грам

Vivaliy рассказывает, что он был единственным иностранцем среди публики, состоящей преимущественно из индусов преклонного возраста. «Каждый третий подходил и на ломаном английском спрашивал, что я тут делаю, ведь здесь не место, таким как я», — вспоминает Vivaliy. Под конец пребывания он познакомился с супружеской парой индусов из Великобритании, которые, правда, смогли выдержать лишь два дня лечения.

День пациентов Йог Грама начинался в 4 часа утра. Роль «будильника» выполнял индус с колоколом, после звона которого, как говорит Vivaliy, не проснуться невозможно. Главная утренняя процедура — чистка всех систем дедовскими способами: вызыванием рвоты, клизмами, промыванием носоглотки. Манипуляции проводились в специальном помещении с выгребными ямами.

После процедур наступало время йоги. «Это не та традиционная йога в нашем представлении, а различные дыхательные упражнения, направленные на то, чтобы заставить организм работать на тебя», — объясняет Vivaliy. Занятия йогой занимали два часа. За ними следовали час-полтора медитации. Зал, в котором проходили занятия, делился на две части: мужскую и женскую. Управлял процессом йог, произносивший в микрофон команды на хинди.

Любой прием пищи в Йог Граме определялся диетой, назначаемой местными врачами-йогами. Яблоко, орешки и бобовые корни — обычный завтрак Vivaliy. Вода, в которой варились овощи (бульоном, по словам киевлянина, такое варево назвать сложно), и каши из неизвестных круп — на обед и ужин. Практически сразу Vivaliy назначили трехдневное голодание, во время которого разрешалось только пить воду и медово-лимонные чаи.

Лечебные процедуры

Индийский моцион состоит из массажей, акупунктуры, молитвенных обрядов и различных травяных настоек. Но самый незабываемый метод — «lemon juice therapy». Сок там действительно присутствовал, но основным компонентом напитка была коровья рвота. «Зажми нос и пей, не думая», — отвечает Vivaliy на мой вопрос, как можно добровольно проглотить такое снадобье.

После обеденного сна шел второй круг процедур, продолжающийся до ужина. За ним вновь йога и медитация. Отбой в 21:00. «В Киеве я засыпал в 3-4 часа утра, но в такой график я вошел буквально на второй день, — говорит Vivaliy. — Выходить на улицу после девяти вечера настоятельно не рекомендовалось из-за ядовитых змей, заползающих на территорию. Но главную опасность представляли, как ни странно, не они, а дикие обезьяны, которые могли напасть стаей и забрать еду. Со мной, к счастью, такого не случилось».

Некоторый эффект от терапии все же был, но разочарование местными порядками оказалось сильнее. «Две недели лечения помогли снять воспаление, но я ехал туда не за этим, а побороть болезнь. На деле Йог Грам оказался чистейшей воды бизнесом. Там есть как бескорыстные врачи, так и те, кто на этом наживаются», — рассказывает Vivaliy.

Под конец пребывания в Йог Граме он подхватил грипп. «“No medicine!” — категоричный ответ на мои просьбы о медикаментах. Чаи, мокрые полотенца и “Close your eyes. Go sleep. You need to rest” — вот и все лечение», — вспоминает Vivaliy.

В итоге врач сообщил киевлянину, что «ваша болезнь неизлечима». За 40 долларов местный таксист довез Vivaliy в Ришикеш.

One selfie, sir

В Ришикеше Vivaliy нашел доктора, который выписал ему противовирусные препараты, поставившие на ноги за день. Мотивацией продолжать путешествие был не поиск врача, а ответов, которые он так и не получил в Харидваре. На руках у него был авиабилет с открытой датой, то есть возможность улететь в Киев в любой момент.

Улицы Ришикеша Vivaliy описывает как «горы коровьего навоза, не наступить в который практически невозможно, и многочисленные старцы в оранжевых одеждах — ”баба”». Баба чем-то напоминают привычных нам дауншифтеров, только с более радикальными взглядами. Они отказываются от всего, что имели, бросают семьи, чтобы посвятить остаток жизни служению своему богу. Настоящие баба абсолютно самодостаточны и никогда ничего не просят в отличие от своих «подделок», часто выманивающих деньги у туристов.

Но наибольшее неудобство доставляли дети, которые буквально не давали прохода. За селфи с иностранцем выстраивалась очередь из нескольких десятков человек, а некоторые предприимчивые подростки продавали подобие билетов. «Первую неделю ты чувствуешь себя Бред Питтом и охотно фоткаешься со всеми. Через месяц и тысячное “One selfie, sir” сил уже нет. Из тебя буквально высасывают энергию», — говорит Vivaliy.

В Йог Граме ему объяснили, что определенные позиции в йоге очень помогают при его заболевании, поэтому он начал искать подходящего мастера. Ришикеш — мировая столица йоги, где буквально каждый горожанин практикует это учение. Vivaliy встретился со своими новыми знакомыми — британской парой из Йог Грама, а те познакомили его с местным йогом. «Выходи на улицу и проси любого человека обучить тебя. Йогу здесь знают все. Требуют деньги — разворачивайся и уходи. Такие люди — позор нашей нации. Благодарность может быть только добровольной», — ответил он, браня алчных индусов.

В одной из местных столовых Vivaliy нашел нужного человека. За два дня обучения тот показал ему, что нужно делать, чтобы контролировать болезнь. Этих рекомендаций Vivaliy придерживается и сегодня, начиная свое утро с йоги и медитации.

Тируваннамалай: 16 км пути босиком

«В Индии я был слепым котенком. Меня постоянно направляли, говорили, куда ехать», — говорит Vivaliy. В Фейсбуке он познакомился с Барбарой. Женщина рассказала о горе Аруначал в Тируваннамалае. На тот момент Vivaliy уже находился в Каньякумари — самой южной точке Индии. Отчаявшись и разуверившись, он был готов возвращаться домой без ответов, но Барбара убедила его в необходимости посетить это место.

После семичасовой тряски в автобусе он ступил на святую землю и увидел паломников. Его приезд совпал с полнолунием, во время которого десятки тысяч людей обходят гору по кругу. Аруначала считается воплощением Шивы, а длина маршрута составляет 14 км. Пройти этот путь нужно непременно босиком.

Кроме Шивы, Аруначал тесно связана с именем Шри Рамана Махарши — молчаливого святого, отдавшего 50 лет своей жизни этому месту. Он называл его «духовным сердцем мира» и утверждал, что каждый человек должен прийти сюда хотя бы раз в жизни.

У подножия горы расположен храм Аруначалешварар — один из крупнейших храмов Шивы в Индии. В его окрестностях паломники всегда могут найти жилье за пожертвование. Vivaliy договорился с местным индусом, бросил сумку, разулся и отправился к горе.

«Поначалу мчишься на энтузиазме, наступая на все подряд, но уже через час начинаешь высматривать камни. Местами во мраке не видно ничего, только лунный свет освещает тебе дорогу. Луна — самое красивое, что было в тот вечер», — описывает свои ощущения Vivaliy.

В пути он познакомился с Аруном — юношей, который придавал ему сил. «Он вдохновлял меня, сам будучи обессиленным. Я его всячески подбадривал, говорил, что он справится и ускорял темп ходьбы. В конце круга мы распрощались и внезапно последние силы покинули меня», — говорит Vivaliy. — К концу четырех часов пути ступней просто не было. Ноги были стерты в кровь, и песок вместо дорожного гравия казался верхом блаженства. На меня не снизошло озарение. Это был скорее челлендж, и я справился. Я вернулся в свою комнату, где был только порванный матрас на полу, не первой свежести простыня, но тогда мне казалось, что лучше места не сыскать во всей вселенной – и провалился в сон».

Индусы говорят, что после круга сильнейшие поднимаются на Аруначал. Масла в огонь подлила Барбара, которая рассказала о храме. Не том, который находится у подножия, а о втором, в горах, путь к которому нужно отыскать самому. Дорогу к нему также могут указать монахи, постоянно живущие там. Через три дня Vivaliy отправился к горе, чтобы найти его. «Я нафантазировал себе какой-то кинообраз — величественное здание где-то в поднебесье. Тогда я даже представить не мог, что за ад меня ждет впереди», — говорит Vivaliy.

Аруначал: восхождение

Восхождение на Аруначал началось в 10 часов утра. С собой он взял только литровую бутылку воды и немного еды в качестве подношения Шиве. Такой аскетичный набор обязателен, если речь идет о посещении храма, а не обычном походе.

«Аруначал ниже Говерлы, на которую я поднимался дважды, но уже в начале подъема я понял, что будет несравнимо сложнее из-за наклона горы градусов в тридцать», — комментирует Vivaliy. Тропинки или ее подобия на горе не было вовсе, поэтому взбираться приходилось, карабкаясь по камням.

Экономить воду было сложно из-за зноя, но Vivaliy рассчитывал пополнить ее запасы у монахов. «Предел твоей видимости — метров десять. Ты не понимаешь, где ты: в начале, середине или конце горы. Через три часа она становится бесконечной», — описывает свои ощущения Vivaliy.

Через четыре часа он достиг вершины горы. Храма и монахов там не было. Вода закончилась. Силы иссякли. «Я остался наедине с собой. И это был не лучший я. Во мне проявилось все самое мерзкое. Я проклинал всех и вся: родственников, Барбару, себя за то, что послушал ее и полез на эту гору, индусов, богов, саму вселенную! У меня не было сил спуститься и эта мысль меня уничтожала», — рассказывает Vivaliy.

Начался дождь, спускаться по мокрым камням было опасно. Vivaliy опустился на землю и начал плакать. Бессилие и мысли, пульсирующие в голове: «Никто тебя не излечит, это все не имеет никакого смысла. Богов нет. И никто не виновен в том, что ты сам себе нафантазировал. Ты далеко забрался от дома, только чтобы понять, что все ответы уже и так давно внутри тебя», — так он описывает свое пережитое откровение.

Утерев слезы и переждав дождь, Vivaliy начал путь назад. Где-то на середине спуска он услышал рев, напоминающий трубный. Киевлянин пошел на на звук – и вышел к камню, на котором сидели монахи. «Я увидел каких-то оборванных цыган, и не рискнул даже просить воду, — говорит он. — Они провели непонятный мне ритуал, но все это напоминало скорее наркоманскую вечеринку, нежели общение с просвещенными. Я склоняюсь к тому, что это были просто бездомные, косящие под монахов. В конце беседы эти “монахи” предложили мне марихуану. Они сказали, что наверху есть скрытая пещера, в которой нужно преподнести дары Шиве, но ни сил, ни желания возвращаться у меня уже не было».

Вскоре Vivaliy увидел иностранца, который шел другим маршрутом. Он попросил у него воды в обмен за еду и продолжил путь вниз. В общей сложности восхождение и спуск заняли 9 часов. Добравшись наконец до арендованной комнаты, Vivaliy провалился в двухдневный сон.

Vivaliy говорит, что говорить об итогах путешествия рано: «Я поехал туда найти себя, но потерял еще больше. Почти два месяца мучений, голоданий, трех отравлений. Искусанный клопами. Я спал где придется, боялся есть, искал смысл всего происходящего, ответы на вопросы, богов и прочего. Это довело меня до изнеможения.

О своей болезни я не узнал ничего нового. Она неизлечима – и на этом точка. Вопрос лишь в жизненной позиции, которая или поддастся болезни, или будет ей сопротивляться до конца твоих дней. Лишь приняв ее, борьба с ней становится возможной, ведь изо дня в день приходиться бороться с самим собой. Но никто не сделает этого за тебя.

Все то, ради чего я ехал, лишь обременяло новыми вопросами и испытаниями на крепость духа. Ответов на блюдечке никто не принес. Почти два месяца я вел диалог с самим собой, но только по возвращении в Киев я начал понимать все произошедшее в ином ключе.

Только сейчас я понимаю, что все это должно было случиться именно так и никак иначе. Что-то свыше вело туда, прокладывая путь для меня. Но главное — я понял, что любую болезнь можно принять и жить с ней, не теряя веры в себя, ведь я и не подозревал, что способен осилить все это. Ответы на вопросы ты уже давно знаешь, а гуру — они вокруг тебя. Каждый, кто тебя окружает, безусловно гуру, и у каждого из них есть чему поучиться. Нужно только научиться слушать. И ты не представляешь, на что способен, если только пожелаешь достичь этого, даже когда у тебя неизлечимая болезнь. Жаль, что иногда все же нужно уехать куда-то, так далеко, чтобы прийти к этому».

Найцiкавiше на сайтi

Буде Будда: як я стала волонтеркою Далай-лами і чому він такий важливий

У свої 83 роки Далай-лама підтримує найновітніші наукові дослідження, ініціює запровадження альтернативноі освіти і продовжує багато усміхатись. А ще проводить вчення по всьому світу як для буддистів, так і для людей, які взагалі не вважають себе частиною котроїсь із релігій. Вже четвертий рік поспіль така подія проходить для усіх охочих в Ризі. Українка Катя Гладка була на цій події волонтеркою. Для Platfor.ma вона написала про те, як це було, і чому Далай-лама – унікальна особистість.

Катерина Гладка

Тибет – найвисокогірніша країна світу, яка цікава ще й тим, що духовний лідер і політичний керівник держави — одна і та сама особа—Далай-лама. Усі Далай-лами від першого до нинішнього вважаються перевтіленням найбільшого співчуття, втіленого в божественній формі—Авалакітешвари. Коли помирає попередній лідер, то він лишає вказівки, де шукати наступного. Для цього організовується спеціальна комісія. Зазвичай така процедура може займати кілька років, далі знайдена дитина проходить тести і вже згодом їде навчатися до монахів і вищих лам. Ця традиція неперервно тягнеться з 14 століття.

Нинішній Далай-лама (справжнє ім’я – Тенцзін Гьямцхо) – чотирнадцятий в лінії передачі. При цьому його духовний шлях йшов крізь війну і втрату Батьківщини. Ще молодим хлопцем він опинився у вирі конфлікту, коли Китай на чолі із Мао Цзедуном окупував Тибет. Зрештою, попри численні переговори (в тому числі особисто з Мао) Тибет так і не був звільнений— Далай-лама і його народ змушені були втікти до Індії.

За час перебування в екзилі він не лише зберіг тибетську культуру і духовні вчення, зробивши ставку на Захід, а й став одним із основних ідеологів миру і співчуття як рушіїв будь-якого прогресу. Та попри те, що Далай-лама офіційно вже не займає політичної посади і на даний час є виключно духовним представником, вплив його слова залишається дуже великим. Саме тому деякі політики відкрито зустрічаються із його святійшеством, а деякі навпаки усіляко уникають прямої взаємодії із ним, боючись китайського гніву.

 

Далай-лама постійно проводить вчення по всьому світу: від Індії до Сполучених Штатів. Така подія в Ризі відбувалася вже вчетверте і цього разу я долучилася до команди волонтерів, яка зробила цю подію можливою. Величезний критий хол стадіону Сконто з футбольного місця мав перетворитися на затишний простір для духовних вчень. Така задача постала перед більше ніж 100 волонтерами: кожна група займалася своїм сегментом роботи.

Для моєї групи завдання було з нелегких — вперше на ризьких вченнях було вирішено зробити простір для дітей. Хотілося, аби діти не просто бігали залою і заважали батькам слухати, а щоб вони мали змогу займатись творчістю, дитячою йогою, дивитися мультфільми і взаємодіяти між собою.

Построить дым: как курение прошло путь от изобретения Сатаны до культа и обратно

27 июля случились сразу две памятные даты: в этот день в 1586 году в Британию впервые привезли табак, а спустя почти четыреста лет, в 1965 году, все сообразили, что он не очень-то полезен – в США обязали на каждую пачку сигарет наносить предупреждающую надпись. Между этими датами уместилась захватывающая трансформация: от изобретения Сатаны и дикарской забавы до сверхпопулярного рекламного и кинообраза, а затем обратно к стигматизации и почти полному запрету. Platfor.ma разбиралась, что сделало табак культовым и действительно ли он уже пройденная проблема для человечества.

По самой распространенной версии, 27 июля 1586 года фаворит английской королевы Елизаветы и мореплаватель сэр Уолтер Рэли привёз в Британию табак. Многие историки считают, что к тому времени табак уже был известен британцам (и другим европейцам) как минимум несколько десятилетий, но, по-видимому, именно Рэли популяризовал культуру курения через трубку.

Употребление табака стало частью ритуалов индейцев обеих Америк много тысячелетий назад. Его жевали, нюхали и заваривали, но именно курение стало частью магических обрядов, так как считалось, что отравляющий дым питал духов, живших в шаманах.

Дым был основой магических и религиозных опытов еще задолго до открытия Нового Света и появления табака вне Америки: благовония воскуривали египтяне и индусы, а ладан, зажженный Аароном по указу Моисея, спас израильтян от чумы в пустыне. Считается, что именно дым, идущий из-под земли, наполнял дельфийских оракулов предсказаниями, и тот же дым, по наблюдениям Геродота, веселил скифов в перерывах между походами.

По всей видимости, первыми европейскими курильщиками были члены экспедиции Колумба. По легенде, самый известный из них, Родриго де Херес, даже привёз табак домой в Испанию, но вид выпускающего изо рта дым человека настолько возмутил соотечественников, что инквизиция приговорила его к заключению за одержимость дьяволом. Хересу пришлось просидеть в темнице семь лет, пока курение не стало общепринятым по всей Испании.

Похожая судьба ждала табак и в других странах Старого Света: английский монарх Яков І назвал табак «изобретением Сатаны» и запретил курение во всех тавернах королевства; русский царь Михаил Фёдорович объявил курение табака смертным грехом, а Папа Климент VIII угрожал отлучением всем, кто раскурит трубку в святом месте. В Персии и Османской империи курильщиков ждала смертная казнь.

Тем не менее, всевозрастающая популярность табака и его экономическая ценность (открытая в 1612 году английская плантация в Вирджинии приносила сверхприбыли, а тамошний табак стал использоваться как меновая валюта) победили все запреты. Наступили 300 лет одержимости табаком.

Это как вообще: снимать популярную передачу о путешествиях

В рамках рубрики «Это как вообще» мы выясняем, как разнообразные события и процессы выглядят изнутри. На этот раз генеральный продюсер популярной телепередачи «Орел и решка» Елена Синельникова рассказывает о том, как это – снимать шоу, где один из ведущих развлекается в чужом городе с неограниченными финансами, а второй – выживает на $100.

Недавно мне рассказали шутку: «По статистике 23% украинцев путешествуют, а остальные 77 % – путешествуют с шоу ‘Орел и решка’». Когда мы оглядываемся на десять снятых сезонов и на то нереальное количество стран, которое мы посетили, начинаешь верить, что где-то так оно и есть.

За четыре года  мы объездили половину мира. Теперь составить список городов на поездку для нас настоящая мука. Мы уже были практически во всех интересных странах. Теперь приходится выбирать страны и города из совсем непопулярных направлений, которые зачастую оказываются не очень интересными.

На съемки мы уже едем подготовленными. У нас есть сценарный план, есть продуманные драматургические линии, список предполагаемых локаций. Первым на место выезжает продюсер (где-то за 3-4 дня до приезда группы) и работает по списку локаций.  Обычно что-то отпадает, что-то находится новое.

Продюсер договаривается обо всем с локациями, решает вопросы с разрешениями на съемку. Позже приезжает съемочная группа, которой он рассказывает весь съемочный план и график.

Съемочные дни, как правило, начинаются очень рано – часов с 6 или 7 утра. Первая локация – это практически всегда стартовая подводка в аэропорту, где наши ведущие подбрасывают монетку и решают, кто же в этом городе будет шиковать, а кто – бюджетно исследовать город. Затем две команды разъезжаются в разные стороны и практически не пересекаются друг с другом. Встречаются еще один раз на финальной подводке в конце третьего съемочного дня. На следующий день вся команда перелетает в следующий город.

Дело в том, что мы вовсе не снимаем один уикенд, как показываем в передаче – иначе мы бы просто не успевали выходить в эфир. Мы снимаем пулами. Четыре передачи за один раз. Иногда пять. Вот недавно мы установили рекорд – отсняли шесть передач за раз. Пул длится 21-26 дней.

Съемки – это всегда крайне непредсказуемый процесс. То съемочную группу арестуют в Каире потому что мы снимали коптером, а значит нас обязательно нужно заподозрить в терроризме. То где-то на Кубе пилот решил сегодня не лететь – и ему все равно, какие там у нас графики.  Ну и погодные условия в каждом регионе – это вообще святое!

Багаж мы теряем не часто. Но если теряем, то это обычно очень смешные истории. Один раз, например, не долетел багаж одного из наших операторов. Приходим мы в соответствующую инстанцию, а нам говорят, что вещи по ошибке отправили другим рейсом, но вы не волнуйтесь – завтра все прилетит. Мы подписали нужные бумажки и поехали снимать. Отсняли город, приезжаем в аэропорт, где нам говорят, что багаж будет завтра. Но нам вот уже улетать через два часа. Представители аэропорта говорят, мол, пишите новый адрес – доставим туда.  Все закончилось тем, что в каждый город, где мы снимали, багаж приходил с опозданием на день и только в Борисполе вещи все же догнали оператора – спустя два часа после посадки.

От первого сбора креативной группы до выхода материала в эфир проходит около месяца. После съемок материал просматривается сценарной группой и весь сценарий пишется заново. Еще неделя уходит на монтаж, где режиссер монтажа собирает программу уже по готовому сценарному плану. Еще недели две отводится на окончательные правки и согласование материала с каналами. В итоге над одним выпуском передачи «Орел и решка» работает 14-15 человек. Это съемочная группа и пост-продакшн.

Для украинского и российского рынка программы практически не отличаются. Разве что спонсорами. Но иногда правки канала зависят от страны, в которой выйдет передача. Иногда чего-то нельзя показывать в России, иногда – в Украине. Но это совсем небольшие детали.

Иногда мы намеренно не показываем что-либо – потому что нас смотрят дети. В этих случаях, конечно, идет серьезная борьба с собой. Нам, как журналистам, хотелось бы показать, например, обряд жертвоприношения животных на Кубе. Выглядит жутко. В кадре еще жестче. Это колорит, это часть их культуры, но мы понимаем, что не можем себе этого позволить.

Самый острый вопрос предстоящего сезона – найти ведущего. У нас нет никакого принципа по отбору людей.  У нас нет каких-то обязательных параметров. Просто ведущий должен зацепить. Положительно, отрицательно – не важно. Своей харизмой, внешностью, речью, подачей.  Мы не гонимся за звездными лицами, потому что формат настолько интересен, что сам может сделать звездой любого ведущего. На второй сезон, например, к нам пробовались Андрей Бедняков и Ваня Дорн. При этом оба были действительно хороши.

Конечно, каждый ведущий привносит в передачу что-то свое. Андрей Бедняков принес острый юмор, Леся – просто смешная, Коля – весь такой мачо, Регина – бесстрашный человек, она может сделать практически все. Настя – очень женственная.

Многие считают, что у нас работа мечты, но в ней есть свои нюансы. Уходят от нас по разным причинам. У кого-то другие цели, кому-то просто надоело, кто-то устал.

Первый и второй сезоны я все время ездила с группой, потом на меня перешла большая часть офисной работы, и вот только сейчас выдался год, когда я могу позволить себе выезжать с командой как режиссер или редактор.

Мне кажется, что сейчас самый страшный вопрос для меня: «Какая у вас любимая страна?» И еще один: «Сколько стран вы уже сняли?» Когда твоя работа – это сплошные командировки, то отпуска у тебя, считай, нет. Разве что в новогодние праздники мы отдыхаем дней семь. Если не считать этого, то у нас постоянная работа 24 /7. Но, кажется, оно того стоит.

Конфуцій, дзен і комунізм: автостопер про подорож до Китаю

Мандрівник, поет та громадський діяч Олександр Ткачинський за свої 24 роки відвідав 20 країн Європи, а також дістався автостопом уздовж Чорного моря через всю Євразію до Китаю. Для Platfor.ma він розповів про людей і небезпечні ситуації, які траплялися йому під час подорожі, а також про специфічну китайську кухню.

Олександр Ткачинський © BOROVETS, 2014

Я – киянин і все своє життя, окрім часу, коли подорожував, жив у столиці. Київ – це квінтесенція всього хорошого і поганого в Україні.

За спеціальністю я соціолог, навчався на факультеті соціології і права у КПІ. Але я не пішов на магістратуру, вважаючи, що немає гіршого рішення, ніж ще два роки життя віддати університетській парті в Україні. Прийшовши на державний екзамен з наплічником, я першим з аудиторії склав іспит, захистився і одразу ж поїхав в Одесу.

Після Одеси я зрозумів, що мені потрібна велика мандрівка, і восени я подорожував Європою. До речі, в мене є прикрий досвід поїздки з людиною, якої не знаєш. Побачивши на «Студкаучі» оголошення дівчини, що шукала напарника для подорожі у Францію, я погодився. Ми посварилися на десятий день під Ліоном і повністю розділились. Жодної романтики, ми просто не зійшлися характерами та інтересами. Після цього я вирішив, що буду подорожувати один.

Коли ти їдеш автостопом сам, більшу частину дороги спілкуєшся з водіями. А якщо б вас, стоперів, було двоє, тоді не було б такої атмосфери «дорожнього тет-а-тету».

Після Європи я почав планувати подорож до Китаю. В мене була своя причина їхати саме в цю країну. Я розмовляю китайською, яку опанував ще в школі – у Гімназії східних мов. Колись я взагалі думав, що пов’яжу своє життя з Китаєм. Ще у 15 років, навчаючись у 10-му класі, я представляв Україну на Всесвітній олімпіаді з китайської. Погодьтеся, дуже неправильно знати настільки поширену мову і не користуватися нею.