24 лютого 2015

С Рима по нитке: почему нужно идти на обновленный «Кориолан» Влада Троицкого

В субботу, 28-го февраля во Дворце культуры КПИ состоится второй полноценный показ оперы Влада Троицкого «Кориолан». Platfor.ma расспросила исполнителей главных ролей и ключевого музыканта о том, в чем актуальность сюжета для них самих и для Украины, а также стоит ли идти на «Кориолана» тем, кто на нем уже был. Оказалось, что стоит.

 

Фотографія: osadchyi

29 ноября прошлого года в ДК КПИ состоялась премьера спектакля «Кориолан». Музыка этой новаторский оперы создавалась в процессе коллективной импровизации самих исполнителей, которых режиссер Влад Троицкий лишь корректировал. В итоге «Кориолан» оказался несколько сырой смесью из новых композиций, ирландских антивоенных песен и украинских колыбельных.

 

В эту субботу в Киеве покажут обновленную версию спектакля. Мы решили расспросить исполнителей наиболее ярких ролей – Антона Литвинова (Кориолан), Марьяну Головку (Вергилия) и электронщика Антона Байбакова, спаивающего одиннадцать музыкантов и вокалистов в единое музыкальное полотно. А интервью с режиссером Владом Троицким читайте на Platfor.ma на днях.

 

Антон Литвинов, Кай Марций Кориолан

 

Уникальность этого проекта в том, что нет традиционного формата, когда кто-то что-то написал, кто-то поставил, и поэтому все четко распланировано. «Кориолан» очень жизненный, он идет в том темпе и ритме, в котором мы живем – и наполняется, такое ощущение, что непонятно откуда. Проект постоянно в движении.

 

Контролируемая импровизация – это собственная методика Влада Троицкого. Хотя тут можно упомянуть и импровизации Михаила Чехова. Но интересно то, что этот прием взяли из джазовой музыки и перенесли в театр, а мы теперь из театра переносим обратно в музыку.

 

То, что нет жесткого диктата режиссера – это, конечно, достаточно серьезная ответственность для актеров. Но и огромный плюс, потому что это помогает больше думать и меньше врать. Почему спектакль может не цеплять зрителя? Да потому что на сцене врут. Либо не врут – и тогда это действительно что-то в себе несет, возникают эмоции, есть связь между залом и сценой. По-моему, это очень важно.

Фотографія: osadchyi
 

Кориолан ведь особенно не зверствовал, он просто говорил то, что думал – и это было самое страшное. Самое страшное – это когда он говорит сенаторам и плебсу, что они трусы. Ну так же не делают, так нельзя – и именно поэтому его изгоняют. Не потому что он что-то сделал, а потому что его спровоцировали – и он просто сказал, что думал.

 

Все, что Кориолан говорит, он говорит искренне. Именно это меня в нем и цепляет. Мы видим человека, который воспринимает людей по очень строгому ранжиру. Проявил себя на поле боя – молодец. Все остальные – чернь. Вопрос в том, есть ли у него право на это концепцию? Я для себя не могу ответить на этот вопрос однозначно. И мне кажется, что вопрос здесь гораздо важнее, чем ответ. Очень важно думать, можешь ли ты.

 

Марьяна Головко, Вергилия

 

«Кориолан» для меня уникален, поскольку это удивительное поле для творчества –настоящий подарок судьбы. Сейчас заниматься творчеством без рамок, ограничений и внутренних стереотипов очень сложно. Но Влад Троицкий дает нам полную свободу и учит, как побороть эти стереотипы. Ты приходишь на проект одним человеком, а уходишь обновленным, это дорогого стоит. Влад изначально искал не голоса, а личности. Индивидуальности, которые смогут взаимодействовать и создавать то, что потом не придется жестко рубить.

 

У каждого из нас своя история попадания в «Кориолан». Я присоединилась к ребятам только на второй или третьей репетиции – наша клавесинистка Юлия Ваш рассказала, что на проекте есть некоторое количество вокалистов, но еще одно сопрано не помешает. Я услышала слово «опера» – и пришла с настроем на академическое, классическое произведение. Мне было интересно спеть оперу, потому что я сама академическая певица, хоть и работаю в нескольких жанрах. И вдруг на репетиции Троицкий говорит мне: «Давай что-то народное».

 

Процесс созидания музыки у нас был очень спонтанный. Пару лет назад ко мне пришел друг и сказал: «Сейчас я поставлю тебе самую красивую песню на свете». Это оказалась старинная ирландская антивоенная баллада «Johnny, I Hardly Knew Ya». В тот же вечер я ее заучила и потом долго ходила с мыслями о том, как же мне хочется где-то ее спеть. И вот на «Кориолане» однажды на репетиции я сидела с гитарой, просто что-то наигрывала и вдруг запела «Johnny». Ребята заинтересовались, стали расспрашивать, что это и о чем, и решили – то, что надо для «Кориолана». Текст песни просто потрясающий – в словах женщины, которая обращается к своему калеке, через горькую иронию передан весь ужас войны. Это настолько сильная песня, что даже сейчас, когда я просто говорю о ней, у меня мороз по коже.

Фотографія: osadchyi
 

Над оперой мы работаем уже приблизительно полгода. И удивительно то, что «Кориолана» можно рассматривать под разными углами. Когда мы затевали эту оперу, то были актуальны одни акценты – люди рассматривали «Кориолана» в контексте революции. Сейчас он выглядит более привязанным к военным действиям.

 

Кориолан часто обращается к народу и дает не очень лестные комментарии по поводу его глупости. Речь о людях, которые всегда идут за толпой. Все кричат: «Ганьба, вбиймо його!» – и они кричат. Все говорят, что он плохой правитель – и они будут. Все говорят: «Надень свитер» – и они надевают. Кориолан же призывает людей думать самостоятельно. Эта история актуальна сейчас даже не столько конкретно в Украине, сколько она актуальна вообще, в мировом масштабе. Всегда найдется такой герой, всегда будут заговорщики и всегда будут люди, которые станут кричать: «Ганьба! Вбиймо його!»

 

По Кориолану очень четко видно, что, как бы там ни было, мы не можем оценивать людей только с точки зрения политики. Каждый политик – в первую очередь человек. И бывает, что он просыпается утром седой от ужаса за то, что под его ответственностью целая страна. Вот и Кориолан – с одной стороны, он надменный и гордый, а с другой, у него есть мама, с которой у него совершенно трепетные отношения. И жена. Хотя мой герой для него, конечно, особого значения не имеет. Ну, поплакала, ну, «успокойся, любимая». И все.

 

Тем, кто был на премьере, стоит идти снова. Это спектакль, который живет, как организм, и растет, как ребенок. На премьере это был ребенок определенного возраста, с определенными качествами и возможностями. Сейчас этот ребенок вырос. «Кориолан» – это не застывший театр, где суфлер гонит одну и ту же тему, а актер бубнит за ним вслед. Мы все время привносим что-то новое. Это не будет новый «Кориолан», но это будет очень преображенный «Кориолан» со множеством находок. И нам очень хочется ими поделиться.

 

Антон Байбаков, музыкант

 

В основном все мои проекты связаны с музыкой к кино. Это предполагает то, что ты сидишь один на один с изображением, и рядом больше никого нет. «Кориолан» для меня отличный опыт поработать с живыми людьми, узнать, что они чувствуют, как слышат музыку, как взаимодействуют.

 

Ребята начинали репетировать без меня. После премьеры части спектакля на Гогольфесте мне позвонил Влад Троицкий и сказал: «Антон, приходи, я хочу, чтобы мы поработали над этим вместе». Влад сбросил мне видеозапись, я посмотрел и понял, что могу себя как-то в этом применить.

 

Сначала я просто приходил на репетиции и слушал то, что ребята уже придумали. Для меня было очень важно не перетягивать на себя одеяло, а постараться встроиться в уже существующую систему, и предлагать только какие-то оттенки, а не доминирующие мысли. Мне кажется, отчасти это получилось, хотя есть и какие-то треки, которые я предложил, и которые исполняются в чистом виде как моя музыка. Но очень часто я просто добавляю какую-то краску к уже существующей картине.

Фотографія: osadchyi
 

Лично для меня сюжет Шекспира – это всего лишь скелет, на который можно нанизывать любые смыслы современности. Можно запросто привязать к этой теме события на Востоке Украины – а можно и любые другие. Шекспир – это просто отправная точка, это классика, которая всегда актуальна. Вообще, сейчас с искусством происходит удивительная вещь – что бы ты ни делал, люди все равно это связывают с сегодняшним днем. Важно просто очень честно делать то, что ты делаешь – и тогда это найдет свой отклик у зрителя.

 

Что касается необычного формата, когда актеры сами формируют спектакль, то диктата Влада действительно нет. Просто он отказывается от каких-то тем, которые мы сами сделали недостаточно хорошо. А если мы что-то предлагаем и это действительно звучит классно, то он никогда не скажет, что материал не подходит – скорее подумает, как встроить его в контекст. Можно сказать, что режиссер спектакля – это двенадцать человек: мы и Влад.


comments powered by Disqus