3 червня 2016

«Цель – доказать, что искусство выгоднее стоянки»: как энтузиасты создали в Полтаве арт-кластер

Полтаву часто называют духовной столицей Украины. Когда-то там жил создатель современного украинского языка Иван Котляревский, творила Леся Украинка, жил и работал Панас Мирный. Еще там есть Кадетский корпус – национальный памятник, разрушающийся не по дням, а по часам, о котором мы уже писали. За его ревитализацию взялись полтавские энтузиасты, а поскольку ревитализация – дело затягивающее, попутно они вернули жизнь и на турбомеханический завод, создав на его основе первый в Полтаве арт-кластер. Platfor.ma пообщалась с лидерами культурного возрождения Полтавы, которые поделились своими мыслями о том, почему региональным центрам нужны арт-пространства, как они влияют на создание идентичности, и том, что придет на смену шароварщине.

 

 

Андрей Волошин: Создание арт-центра – это венец истории длиной в два года. После Майдана у людей было очень много энергии, и очень мало способов ее куда-то девать. В центре Полтавы есть здание XIX столетия – Кадетский корпус. Это большое и красивое строение, которое находится в реестре Всесоюзных памятников, но сейчас все больше разрушается. Девушка по имени Рузанна Давитян стала инициатором того, чтобы сделать там уборку. Потом в корпусе провели очень экспромтную выставку – первый Кадетариум – который получил огромный резонанс. Событие длилось всего один день, но его успели посетить полторы тысячи человек.

 

Затем к развитию этой идеи присоединились и мы с Нато. Второй Кадетариум уже не был импровизацией – мы готовили его полтора месяца. Он тоже был однодневным, но его посетили уже 5 тыс. человек. Однако состояние Кадетского корпуса достаточно проблемное для проведения таких масштабных мероприятий: сложно гарантировать безопасность посетителям, которые нарушают правила поведения в здании. Поэтому нам пришлось передислоцироваться, и подобные выставки мы стали проводить в парке напротив. А потом руководство ТРЦ «Киев» предложило нам передислоцироваться в помещение бывшего турбомеханического завода, которое находится в их владении.

 

Сперва на территории завода мы провели выставку под названием «Реконструкция», вновь очень спонтанную. А зимой этого года осознали, что пространство может функционировать и на постоянной основе. Так началась история арт-платформы «11», на плодородной почве которой возникла инициатива P.Art.Ter.

 

 

ФОТО1

 

 

Валерия Петько: В 2004 или 2008 году этот цех №1 был закрыт. Оттуда вывезли всю технику, все разрушили и законсервировали. Вскоре создали ТРЦ «Киев», где я работала арт-менеджером. И однажды, обходя территорию, я наткнулась на это здание. В ответ на все мои расспросы о нем, я слышала: да то такое, просто здание. Я добилась, чтобы мне дали ключи, зашла туда и увидела, что все-таки не «просто здание». Я уже знала о ребятах из Кадетариума, и очень долго уговаривала руководство дать нам шанс сделать это пространство арт-центром. Доуговаривалась до пилотной выставки «Реконструкция». Когда начальство увидело, какую шумиху выставка подняла в городе, то дало добро на то, чтобы мы использовали помещение в теплое время года. Нам построили санузлы, большую гримерку, было электричество и даже какое-никакое отопление. Но зимой в цеху по-прежнему будет стоянка. И теперь наша главная задача – это доказать, что искусство выгоднее стоянки.

 

Нато Микеладзе: Когда начинаешь делать что-то подобное, то надо просто начать делать. Тогда возможности сами тебя находят.

 

Святослав Келим-Золотайко: Два года назад, когда мы начали искать помещение, то никто не откликнулся. Но мы не переставали заниматься тем, во что верили. Для искусства ведь нет границ, им можно заниматься везде и при любых условиях. А через какое-то время нас нашла Лера. Она искала нас точно так же, как мы – помещение.

 

То, что мы делаем, по формату похоже на арт-кластер на Выдубичах в Киеве. Метраж нашего здания – 2000 квадратных метров. Часть этих метров мы выделяем под экспозиции, часть под театр и музыкальные выступления, есть еще площадка для популяризации общественных инициатив – их представители там лекции читают. Есть еще пункт продажи хэнд-мейд штучек и пространство для кофе-брейков.

 

 

ФОТО2

 

 

Нато Микеладзе: Кадетский корпус был для нас хорошим стартом. Но сейчас мы понимаем, что надо выходить на новый уровень. Как могли, мы повлияли. Нашей целью в Кадетском корпусе было обратить внимание на его разрушение. И нам это удалось. В Полтаве развернулся масштабный дискурс вокруг этой темы, все предвыборные кампании отчасти строятся на спекуляциях об этом здании. Выставки мы там уже проводить не можем, поскольку его состояние ухудшается. Все, что мы можем, – устраивать акции в поддержку его ремонта и ревитализации.

 

Святослав Келим-Золотайко: Когда мы проводили Кадетариумы, многие люди пришли в Кадетский корпус впервые. Для них это был просто какой-то полуразрушенный дом, вне поля их зрения, невидимый, хоть он и находится в самом сердце Полтавы. А когда люди там побывали, они увидели, сколько внутри потенциального пространства и как круто его можно использовать. Это и положило начало дискурсу, и сейчас многие люди загорелись и не оставляют идеи привести его в приличное состояние. Городские власти взяли его под свой протекторат, раньше он был просто ничейный. Областная власть грозилась заняться им, устраивала круглые столы, делала официальные заявления в прессе. Но это все перед выборами.

 

Валерия Петько: А касательно турбомеханического завода у нас большие творческие планы. Например, 14 мая была большая wave-дискотека в стиле industrial. Иван Дорн приезжал к нам 20 мая. 21-22 мая – «Файний fashion» – это по типу киевского «Всі свої».

 

Святослав Келим-Золотайко: Мы гордимся этим результатом, потому что завод находится не в самом центре Полтавы. А полтавчанам всегда нужно, чтобы все было близенько, под носом, иначе они не придут. Одна женщина из Луганска сказала однажды, что люди у нас немножко увальни. Их надо заинтересовать, тогда они горы свернут. Но заинтересовать непросто.  А вот к нам люди шли целенаправленно.

 

 

<div class=

 

 

Валерия Петько: Очень приятно было, когда приходили семьями, несли детей на руках, приводили своих собак и кошек. Меня очень впечатлила пожилая пара, которая подошла к нам с Артуром Арояном перед открытием. Они начали нас отчитывать, мол, мы полчаса искали вас, почему вы не повесили указатели, вас так тяжело найти. И мы успокаивали их, что на будущее все сделаем, и улыбались в душе, поскольку было ясно, что они шли именно к нам, а не случайно забрели из любопытства.

 

Святослав Килим-Золотайко: Зачем мы все это делаем? Во-первых, мы решили децентрализировать культурную жизнь нашей страны. Ведь интересные культурные события, если так посмотреть, сейчас происходят преимущественно в Киеве и Львове. Но нам же тоже хочется. Поэтому мы считаем нужным создавать мощные конкурентоспособные островки искусства в региональных центрах.

 

Шаза Муса: Во-вторых, у Полтавы нет идентичности, и то, что мы делаем – это ее поиск. Наш город называют духовной столицей Украины, но по факту ничего духовного здесь не происходит. Маленькие города Украины чем-то похожи. Они провинциальны, спокойны, несколько пассивны. И в каждом городе надо искать какую-то особенность. Истину, которая не лежит на поверхности: культурную, философскую. Во время P.Art.Ter. доктор исторических наук Юрий Волошин читал лекцию об идентичности полтавчан в XVIII веке, как люди себя представляли, с кем ассоциировали. Он сделал вывод, что мы европейцы уже давно, нам не надо никуда идти.

 

Полтавчане говорят, что Полтава – духовная столица Украины. На половине бигбордов можете это прочитать. Прошлым прикрываться очень удобно: Котляревский, Гоголь, Леся Украинка. Прошлое – это хорошо, но мало кто берется за создание настоящего. А мы ищем новые формы выражения украинской культуры на смену украинско-советской шароварщине. И мы их найдем.


comments powered by Disqus