20 листопада 2014

Closer: «Мы можем позволить себе эксперименты»

В рамках обзора креативных пространств Киева мы расспрашиваем их руководителей о насущном. Основатели проекта Closer Тимур Баша и Сергей Яценко, а также Ольга Бекентштейн и Ксения Малых из кураторского объединения OK Projeсts рассказали, чем они больше всего гордятся с момента запуска проекта, и что роднит Стравинского с Muslimgauze.

 

 

Коротко о проекте

Открытие: октябрь 2013-го

Место: Closer расположен по адресу Нижнеюрковская, 31 на территории бывшей ткацкой фабрики. Проходит целая серия регулярных мероприятий: «Свет», история кино (по понедельникам); «Звук»: разговор о музыке (каждый вторник); «Образ»: Классическая живопись глазами современных художников (по средам); джаз-вечера (каждый четверг). Вечеринки электронной музыки по пятницам и субботам.

 

Команда

 

 

Сергей Яценко: я отвечаю за рентабельность проекта и его коммерческую сторону;

 

Ксения Малых: моя зона ответственности – лекции по искусству и выставки современного искусства;

 

Ольга Бекенштейн: я занимаюсь другими двумя лекториями о кино и музыке, также отвечаю за джазовые четверги и киноклуб;

 

Тимур Баша: я отвечаю за хаос. Если серьезно – за ночные мероприятия, моя задача – объединять людей при помощи музыки, сделать танцпол транслятором особого пласта культуры.

Всего над проектом трудится около пятнадцати человек.

 

История создания

Как именно возникла идея открыть «Closer»? Сложно сказать. До этой площадки были музыкальные вечеринки по всему городу. Когда мы обросли достаточным количеством людей, поняли, что нужны свои стены. К нам присоединились девочки, Ксения с Ольгой, и стало ясно, что здесь должно быть кроме вечеринок. Как таковой целевой аудитории мы для себя не прописывали, она появилась уже в процессе. Открылся проект в октябре 2013-го года с выставки и концерта экспериментальной музыки.


Отличие от других пространств

Мы можем себе позволить заниматься чем-то некоммерческим и экспериментальным. Над проектом не стоит олигарх или его жена. Для нас важнее, скорее, интегрирование в европейский художественный контекст, чем возможность продать арт-объекты. Очень важно, чтобы, переступая порог Closer, люди оставляли свой социальный статус, возраст, пол, национальность, вероисповедание. Наш посетитель – человек с развитым вкусом, открытый для чего-то нового. Мы запустили три лектория, и их важное отличие в том, что, например, о живописи у нас рассказывают художники, о музыке – музыканты. Запускаем киноклуб: не просто просмотр фильмов, а еще и их обсуждение вместе с украинскими режиссёрами. Акцент даже не на том, чтобы приглашать практиков – это просто попытка связать классику и современность.

 

Самые важные события

Мы гордимся не столько событиями, сколько тем, что мы объединили аудитории. Первые месяцы после открытия Closer одни люди ходили к нам только на выставки, другие – только на вечеринки, третьи – на кино. Сейчас это одна публика, с общими ценностями. Кто-то здесь буквально живет. По большому счету, это единственная цель, которую мы ставили. Звучало утопично, но получилось. Еще мы гордимся тем, что были первыми, кто открыл лекторий о музыке. А также тем, что на лекциях о Стравинском и Muslimgauze было одинаковое количество людей. Если говорить о мероприятиях... Ну вообще круто, что мы смогли пригласить ZIP – человека, который во многом предопределил ход развития танцевальной электронной музыки. Кстати, в следующий раз он приедет праздновать свой день рождения именно к нам.

Чего ждать от проекта в будущем

В ближайшее время мы еще глубже будем изучать современное искусство. У нас уже есть план до лета. Первый проект нового выставочного сезона – «Топология Бублика» харьковской группы «SVITER», который среди прочего исследует феномен петли Мёбиуса. Также мы заняты подготовкой фестиваля электронной музыки «Стричка», который состоится в конце мая. Более масштабные планы – джазовый фестиваль, но когда он пройдет, – еще не знаем.


Финансирование и окупаемость

Основные источники финансовых поступлений: вечеринки по пятницам и субботам. Также у нас есть спонсоры. Мы открылись в сложное время — в октябре 2013. Первый месяц отметился очень громким стартом, а потом началось то, что началось. Но постепенно мы начали выходить на самоокупаемость. Сейчас увеличиваем количество лекций и добираем помещения. Лекции — бесплатные. Нам они нужны для того, чтобы люди смогли понять другие наши проекты. Чтобы, приходя на выставку современного искусства, не было разговоров из серии: «Понятно, что ничего не понятно». То же самое с музыкой.

 

Пространство в условиях войны и революции

Многие идеи пришлось свернуть и заморозить, но мы всё равно продолжаем заниматься проектом. Это своеобразная терапия.

 

Сколько времени приходится тратить на проект

24 часа в сутки. Мы здесь живем.

 

Мечта без ограничений во времени и финансах

Мы бы занимались тем же самым, только по-другому. Чуть больше и масштабнее. На самом деле хорошо, что у нас есть какие-то ограничения во времени и в бюджете. Это даже полезно. Больше думаешь о качестве.

 

Возникало ли желание бросить проект?

Конечно (дружный смех).

Тимур Баша: мне нужно просто выпить кофе. Я уже научился наблюдать за собой стороны. Только возникает мысль «На фиг надо», – говорю себе: «Успокойся, это обычная усталость».

Ксения Малых: или постэйфория. Нормальное состояние апатии после успеха. В таких случаях нужно просто продолжать работать.

 

Фото: Виктория Гай.


comments powered by Disqus