4 лютого 2016

«Борьба с коррупцией – это скучная и рутинная работа»: активисты о том, как менять страну к лучшему

Киевская журналистка Евгения Дольская решила разобраться в том, что такое коррупция и как с ней бороться обычному человеку. Для Platfor.ma она пообщалась с тремя украинскими активистами из организаций «Шевапил», «Чисті виші» и Transparency international, чтобы понять, есть ли шанс победить коррупцию – и как это сделать.

 

Фотографія: shutterstock.com

Я учусь на философском факультете в КНУ. Платон считал, что философы должны править, а философы считают, что бороться с коррупцией среди тех, кто правит – тоже неплохой вариант. Так сложилось, что мой факультет – обитель двух известнейших организаций по борьбе с коррупцией в университетах. Поэтому далеко ходить не пришлось.

 

За разъяснением я сперва обратилась к старому приятелю, создателю «Шевапила» Владимиру Ковалю. «В США простые граждане могут бороться с социальной несправедливостью, проявляя свою гражданскую сознательность. Например, знакомый парень недавно рассказывал, что он ехал у нас в троллейбусе, водитель не выдал ему талон – и он написал об этом жалобу в КГГА. Вот пример борьбы с коррупцией снизу». По словам создателя «Шевапила», концентрироваться на том, что подставляешь водителя – нельзя, ведь это форма гражданского контроля, которая есть и в Европе, и в США: «А у нас это почему-то считается доносом. По сути, это вопрос определения понятий».

 

Владимир Коваль

«В США очень скучная антикоррупционная тематика, потому что у них там ничего не происходит. Поэтому для них очень большое событие, когда двоюродный брат какого-нибудь сенатора устраивается помощником его коллеги по партии. Это повод для расследования и если факт кумовской помощи будет доказан, то сенатор пойдет в отставку, – рассказывает Владимир Коваль. – А наши антикоррупционщики любят развешивать ярлыки “этот парень дружит с помощником Коломойского, значит этот парень – протеже Коломойского в парламенте”. Это притянуто за уши, у нас журналисты-расследователи часто бегут за дешевыми сенсациями и пытаются увидеть параллели, которых нет».

 

По словам Владимира Коваля, он разочаровался в борьбе с коррупцией изнутри системы. «Всегда есть люди, которые могут сказать “не выноси сор из избы” или “а как же деловой этикет, кодекс чести? ” Нельзя быть частью системы и бороться с коррупцией. И наш опыт в этом показателен. Сейчас мы перезапускаем “Шевапил”, и я могу писать обо всем, о чем мне угодно» - говорит он.

 

 

 

 

А вот Роман Лексиков – тоже студент философского факультета и пресс-секретарь организации «Чисті виші» – другого мнения по этому поводу. Роман уверен, что изнутри системы тоже нужно и важно бороться. Но при этом обязательно иметь сильную мотивацию. «С коррупцией борются не супергерои. Это очень скучная и рутинная работа, в которой надо много копать. Наверно, это просто чувство собственного достоинства. Классики анархизма описывают правящий класс как людей, которые тебя эксплуатируют и в придачу отбирают твои деньги. Это недалеко от реальности. Чтобы захотеть бороться с коррупцией, надо быть слегка анархистом».

 

Роман выделяет пять основных шагов в борьбе с коррупцией снизу:

  1.  Изучить законодательство. Например, если мы говорим о борьбе с коррупцией в университетах, то надо внимательно прочитать закон «О высшем образовании» и устав университета. Это фундамент. И это поможет различать, где есть коррупционная схема, а где ее нет;
  2. После этого стоит объединиться с несколькими единомышленниками и желательно оформить это объединение институционально. Профсоюз имеют право создать три человека. Это простой шаг, но с вами будут говорить иначе, чем с физлицами;
  3. Нужно обучиться механизмам расследования коррупционных схем. Основные – это контроль закупок и тендеров и написание публичных запросов. Доступ к публичной информации есть у каждого гражданина;
  4. Четвертый шаг – это, собственно, бороться. Скоро все чиновники будут обязаны подать декларации о своих доходах. А это непаханое поле для борьбы с коррупцией;
  5. Делать свое расследование публичным. Плюсы публичности в том, что вы найдете дополнительную поддержку, скорее всего, вашим делом заинтересуются компетентные органы, которые мониторят СМИ и соцсети, и шансы, что вы попадете под раздачу репрессий, сильно снизятся.

 

Роман считает, что международный опыт нам не поможет, а вот международное сотрудничество – вполне: «Я занимаюсь постсоциалистической антропологией, и понимаю, что мы можем проводить параллели только с вузами Восточной Европы и Центральной Азии, и то не со всеми. В Западной Европе и Америке таких проблем просто нет. Румынское посольство давно предложило нам сотрудничество по разработке инструментария увеличения прозрачности и качества образования в Украине и Румынии. Международное сотрудничество, на мой взгляд, может помочь решить проблему ментальности. Есть такое ницшеанское понятие – ressentiment. Ницше говорил о том, что рабское сознание может воспринимать себя только в сравнении с кем-то. Когда нашему истеблишменту говоришь о проблемах, то зачастую можно услышать один вариант ответа: а там еще хуже. “Там” – это может быть Нигерия, Китай, Молдова. Здорово, что Ницше говорил о нас».

 

Чтобы систематизировать все полученные я ответы я обратилась к Александру Калитенко – аналитику из международной организации Transparency international. Роман Лексиков говорил о пользе публичности, но публичное выступление обращает на тебя внимание и, казалось бы, повышает риск попасть под раздачу. Александр объяснил это противоречие: «Когда неизвестно, сколько человек владеет раскрываемой информацией, и есть доверие к правоохранительным органам, то безопасней бороться с коррупцией анонимно. А когда на тебя уже идет давление извне, то защититься можно только с помощью публичности. Это парадоксально».

 

Александр Калитенко

Кроме того, Александр внес немного ясности насчет теории и того, откуда ее брать: «Чтобы стать грамотным в вопросах борьбы с коррупцией, первым делом стоит почитать антикоррупционные инструкции и законы (их перечень есть на сайте). Если вкратце, основные способы борьбы с коррупцией делятся на 4 модуля: гражданские (пикетирования, марши, голодовки, акции искусства), политические (переговоры с властью, размещение информации в СМИ, формирование общественного мнения), правовые (разработка нормативных актов, участие в судебных процессах, предоставление юридических консультаций) и просветительские действия (повышение профессионализма активистов и обучение групп риска, как реализовать свои права без коррупции).

 

На сайте "Доступ до правди" можно отправить запрос о доступе к публичной информации и получить ответ на e-mail. На сайте tender.me.gov.ua можно на досуге мониторить закупки, если есть какие-то подозрения. Еще можно отслеживать стиль жизни чиновников и открытые недавно государственные реестры.

 

Недавно в национальное законодательство было введено понятие “незаконное обогащение”, и со стартом электронной системы декларирования, если чиновник не сможет объяснить, откуда у него Астон Мартин при зарплате в условные 3 тыс. грн – это будет считаться незаконным обогащением. Можно мониторить конфликт интересов, простыми словами - кумовство. В прошлом году в одном из городков один из местных советов Украины выделил одному депутату целую улицу земельных участков – ему, теще, племяннику и т.д. Это реальный конфликт интересов».

 

Меня больше всего интересовала низовая борьба, ее важность и эффективность. Александр пояснил: «Бытовая коррупция очень опасна, потому что она формирует ментальные установки. Это в особенности касается сферы медицины и образования. Уровень коррупции в стране приблизительно можно оценить по Индексу восприятия коррупции Transparency International. Это усредненная стандартизированная оценка до двенадцати различных независимых организаций. Она, конечно, несколько запаздывает, как и любое восприятие. В 2015 году Украина поднялась в рейтинге восприятия коррупции только на 1 балл из 100, теперь мы на 130-м месте. Увеличилось количество разоблачителей, усилилось негативное отношение к коррупционерам, активное участие в борьбе с коррупцией принимали медиа. Что касается правительства, то оно медлит с имплементацией уже принятых антикоррупционных законов. Низ и верх очень взаимосвязаны, поскольку верх не падает с неба. Когда у нас люди перестанут голосовать за гречку и заработает закон о прозрачности политических партий, тогда вскоре можно будет ожидать больших подвижек».

 

Напоследок Александр объяснил, почему нам важно не быть правовыми эпигонами, а творить законы самостоятельно: «Мы не можем просто копировать чужой опыт. Те модели, которые сработали в одной стране, могут не сработать в другой. Совсем не потому, что у нас такая ментальность или мы такие закоренелые коррупционеры, а потому, что местные особенности будут разными. Работа над собственными законами открывает нам пути для роста. Наша система госзакупок ProZorro называется одной из лучших в мире. Эта сфера везде очень коррупциогенная. Если мы возьмем пример конечных бенефициаров – тут мы тоже впереди планеты всей. Наш закон о доступе к публичной информации – один из лучших в Европе, он очень хорошо и подробно выписан. У нас учатся другие. Когда мы не копируем бездумно, мы становимся лучшими».

 

Матеріали рубрики Re:Invent публікуються за сприяння Фонду розвитку українських ЗМІ посольства США в Україні.


comments powered by Disqus